Как  мы  уже  сообщали,  полтора  года  назад, на 100-летний юбилей «Ржевской правды» генеральный директор ПАО «Электромеханика» В.В. Константинов преподнёс в дар редакции электронный вариант газеты за 1917-й и 1918 годы. Виктор Вениаминович обещал продолжить эту работу и слово своё сдержал. В Российской национальной библиотеке (г. Санкт-Петербург) были отсканированы номера «Ржевской коммуны» (так тогда именовалась наша газета) за 1919 год. И сегодня мы предлагаем вниманию читателей материалы вековой давности.


ДЕНЬ ВИНТОВКИ И НАЛОГОВОЕ БРЕМЯ

1919 год был, несомненно, одним из самых тяжёлых для советской России. Гражданская война полыхала на севере и юге, западе и востоке. Поэтому не случайно уже 1 января свой первый приказ Ржевский Уездный Военно-Революционный Совет посвятил «оружейной» теме: «Красная Армия испытывает острую нужду в оружии, особенно в винтовках 3-линейного образца и шашках. Ржевский уездный комиссариат по военным делам в согласии с декретом Совнаркома о сдаче оружия приказом своим от 20 декабря 1918 года №163 предложил населению, учреждениям гражданского ведомства и нештатным войсковым организациям Ржева и уезда сдать все имеющиеся у них исправные и неисправные винтовки, пулемёты и револьверы всех систем, патроны к ним и шашки всякого образца к 27 декабря 1918 года. Сдать не позднее «дня винтовки» – 3 января 1919 года. Крайний срок сдачи – 5 января 1919 года». Подписал этот грозный документ председатель ржевского «эрвээса» Сомик.

Продолжалась деятельность советских органов по национализации и постановке на учёт имущества ржевских богачей (и не только их). Так, коллегия отдела народного образования в январе 1919 года приняла решение взять на учёт все находящиеся у ржевитян музыкальные инструменты, картины и другие предметы, представляющие художественную ценность. Было запрещено без разрешения отдела вывозить из города все вышеперечисленные «предметы художественного творчества».

В тот период активно облагалось налогами имущество населения. К примеру, за корову или лошадь следовало заплатить 10 рублей, за рояль, пианино, граммофон, велосипед и самодвижущийся экипаж (надо понимать, машину) – 100 рублей. Налог в сумме 25 рублей взимался с холостых и незамужних граждан в возрасте от 25 до 40 лет. Даже курящим приходилось платить за свою вредную привычку – по 5 рублей. Когда бывший хозяин гостиницы (к тому моменту уже экспроприированной) Павел Немиров обратился в органы власти с просьбой уменьшить возложенный на него налог в 7000 рублей, в «Ржевской коммуне» появилась заметка, автор которой, подписавшийся псевдонимом Кнут, заметил: «Его (Немирова. – О.К.) нужно обложить не семью тысячами, а в девять раз семью».

\

«СБРОСИТЬ СТАРОЕ»

Контроль осуществлялся повсеместно. Скажем, в газете публиковались списки бывших офицеров Ржева и уезда, требующих к себе особого внимания властей. А с 15 марта была официально введена цензура: все печатные издания, готовившиеся к выпуску, необходимо было сначала доставить на улицу Коммуны, 82. Власть в тот период боролась с остатками черносотенцев. Недаром 26 марта газета сообщила: вблизи Виндавского вокзала (Ржев-2) кто-то развесил лозунги «Бей жидов!».  Ржевский Уездпродком сообщал о введении твёрдых цен на продовольствие: масло коровье – 530 рублей, сыр голландский бакштейн – 320 рублей, сыр швейцарский – 420 рублей, молоко – 26 рублей, творог – 80 рублей.

Шла постоянная работа по искоренению всего, что пришло в день сегодняшний из «прошлой» жизни. В апреле 1919 года «Ржевская коммуна» написала о предполагаемом снесении каменных торговых рядов на Советской площади (следует заметить, что эта идея несколько позднее всётаки была воплощена в жизнь).  Некий корреспондент, подписавшийся «Чуткий красноармеец», 23 мая написал заметку под названием «Старое нужно сбросить». В ней он с неудовольствием сообщал, что улицы Большая Спасская, Успенская, Малая Спасская попрежнему не переименованы. Интересно, что работники редакции не внесли в статью правку, хотя на тот момент Большая Спасская уже стала улицей Коммуны. «Чуткий красноармеец» вносил предложение и о переименовании стационара на улице Грацинского, отмечая, что хирургическое и родильное отделения Ржевской земской больницы носят имя Николая Ивановича Болоболина, и там до сих пор висят портреты известного ржевского купца. Автор статьи предлагал присвоить больнице имя Грацинского. В конце своей корреспонденции он отметил: «Такие и другие подобные переименования нужно сделать как можно скорее везде и всюду, дабы скорее забыть старое».

Журналист И.А. Анишев писал об открытии в Ржеве Народного дома. Он резко критиковал положение дел в этом городском учреждении культуры: «… увешали грязные, неуютные стены зала бывшей Немировской гостиницы портретами великих специалистов, открыли ресторан-чайнушку и … выдвинули на арену бильярд». Далее Анишев заметил: «Дом этот носит марку дома трудящегося населения. На самом деле в его члены записалась в большинстве случаев хулиганствующая шайка «безработных», но не нуждающихся в работе выродков местной мещанской буржуазии. И этот Народный дом превратился сейчас же в клоаку страстишек игры на упомянутом выше бильярде».  Одним из наиболее значимых событий 1919 года в Ржеве (с современной точки зрения) стало создание исполкома городского Совета. До 17 июля исполнительную власть и в уезде, и в городе осуществлял уездный исполком. И вот, наконец, было решено создать аналогичный орган в Ржеве. В состав исполкома горсовета вошли пять человек, а возглавил его Р.Ф. Ушацкий.

12345 (2 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...