На минувшей неделе в Ржеве прошла акция по раннему выявлению рака молочной железы – «Розовая ленточка в твоём городе». Она была организована в рамках благотворительной программы известного косметического бренда «Avon» – «Вместе против рака груди» – совместно с Фондом профилактики рака, а также при поддержке НИИ онкологии имени Н.Н. Петрова (Санкт-Петербург) и Министерства здравоохранения Тверской области. В Ржевской ЦРБ приём ржевитянок в течение четырёх дней вёл хирург-онколог Ростислав Павлов, любезно согласившийся дать интервью «Ржевской правде».


НИКОГДА НЕ СДАВАЙТЕСЬ!

– Ростислав Владимирович! Суть борьбы с раком хорошо передают слова Черчилля: «Никогда не сдавайтесь – если это не противоречит чести и здравому смыслу. Никогда не поддавайтесь силе, никогда не поддавайтесь очевидно превосходящей мощи вашего противника». Наверное, не случайно плакат с этой цитатой премьер-министра Великобритании можно увидеть в НИИ онкологии, где вы работаете…

– На самом деле литературных цитат в коридорах нашего института довольно много, ведь медицина – самая творческая профессия. Думаю, к каждому отдельному случаю и каждой отдельной специальности можно легко подобрать соответствующее изречение. Высказывание Черчилля действительно хорошо характеризует рак молочной железы, с которым мы воюем.

– По статистике Россия занимает одно из первых мест в мире по смертности от рака груди. Ежегодно 54 000 российских женщин впервые сталкиваются с этим заболеванием, 22 000 – погибают. Однако многие жительницы регионов не имеют возможности регулярно проходить обследование в профилактических целях, в результате обращаются к врачу слишком поздно…

– Да, это так, хотя в 94 процентах случаев болезнь, обнаруженную на ранних стадиях, можно полностью излечить. На сегодняшний день лечение рака молочной железы заметно продвинулось вперед. Появилось множество новых препаратов, которые действуют на генетические поломки в организме и дают очень хороший результат. Приняв более 500 пациенток за четыре дня в Ржеве, мы встретили порядка 10 женщин, у которых из рода в род передаётся рак молочной железы. Рекомендовали им пройти обследование на мутацию генов, чтобы выявить риск заболевания.

– Причина возникновения рака по-прежнему остаётся открытой?

– Базовый риск заболеть раком есть у каждого. Он увеличивается, если человек подвергается воздействию факторов риска. Но далеко не все из них вообще могут быть модифицированы. Например, главные среди факторов риска – возраст, наследственность, генотип – неподвластны человеку. Но есть и другие – такие, как радиация, взаимодействие с химическими канцерогенами, курение (риск рака лёгких), вирус папилломы человека (риск рака шейки матки). Питание, физическая активность и прочие факторы играют менее значимую роль.

\

НАУКА ОБЩЕНИЯ С ПАЦИЕНТАМИ

– Ростислав Владимирович, была очевидцем, как из вашего кабинета вышла женщина, которая сказала, что завтра едет в областной онкодиспансер. Как вы сообщаете своим пациенткам о диагнозе?

– Точный диагноз этой пациентке пока не поставлен, есть лишь подозрение на патологию – очаг, который требует более внимательного изучения.

– Но как вы говорите женщинам, что у них – рак?

– Как почти сертифицированный тренер по общению с пациентами, могу сказать, что это – целая наука! В общении есть начало разговора, середина и конец, и каждый этап имеет свои цели. В начале общения онкологу следует расположить к себе человека, чтобы он рассказал всё, что специалисту нужно от него услышать. В середине важно разными способами – с эмпатией, например – отреагировать на его жалобы. Ну, и в конце – подвести итог общению, разъяснить пациенту план действий и расположить к себе, чтобы он не трясся от страха, когда придёт на повторный прием, а был спокоен и уверен: он находится в надёжных руках.

Скажем, в Америке существует аттестационный экзамен для врачей USMLE (United States Medical Licensing Examination), который включает в себя общение с пациентами. Этому учат в университете, и студенты, чтобы получить лицензию врача, должны его сдать в обязательном порядке.

– У отечественного пациента и врача – свой менталитет. Например, у нас не принято информировать о смертельных диагнозах.

– Нужно говорить пациентам правду – по определённому алгоритму. Обычно задают вопрос: «Доктор, сколько мне осталось?». Врач понимает, что человека в большей степени интересует не то, сколько времени он проживёт, а успеет ли он завершить все свои дела. Если пациента волнует тема смерти – об этом нужно говорить. Если же не интересует – говорить не стоит. Но пациент должен знать, что с ним происходит, на какой стадии процесс, и что делать дальше.

– Пожалуй, самая большая проблема наших врачей – неумение говорить о своих ошибках, если что-то пошло не так…

– Один из самых сложных навыков – рассказывать пациенту плохие новости. Зачастую это приводит к конфликту, и есть множество исследований, которые показывают, что его причина – не осложнения сами по себе, а их замалчивание, неправильная реакция доктора. Пациент хочет знать, с чем он столкнулся, как с этим бороться. Наша главная проблема: доктор считает, что пациент ему должен. А на самом деле – всё наоборот.

В Ржеве на приём приходили женщины, уже прошедшие через операцию и определённые этапы лечения. Они просили совета в отношении дальнейших действий. Не смог рассказать всем и всё сразу, поскольку время приёма ограничено, но каждой оставил свой e-mail, чтобы дистанционно проконсультировать.

– Что заставляет вас поступать подобным образом?

– Во-первых, это мой выбор. У меня отец – врач-анестезиолог, но медицина – это именно мой личный выбор. Второе – профессиональная этика. Как я уже говорил, не пациент должен врачу, а врач – пациенту.

\

СУДЬБА РЕЗИДЕНТА

– Ростислав Владимирович, подобное отношение не свойственно российской медицине, в большей степени это западный подход. Я права?

– Да, и этот подход мне нравится. Мне удалось близко познакомиться с международной системой медицинского образования в России, поскольку сейчас я являюсь одним из резидентов «Высшей школы онкологии». На Западе после получения диплома человек не считается готовым специалистом – он ещё должен лет пять проучиться в резидентуре (как у нас – пройти ординатуру). «Высшая школа онкологии» – ординатура для молодых врачей, специальный образовательный проект Фонда профилактики рака «Живу не напрасно» и НИИ онкологии имени Н.Н. Петрова. Проект существует с 2015 года, ежегодно туда принимают десять лучших молодых врачей и выпускников медицинских вузов России и стран СНГ. Конкурс – как в Щукинское театральное училище: 40 человек на место. Резиденты проходят обучение по специальной программе под руководством Вадима Гущина, директора отделения хирургической онкологии американской клиники «Mercy Medical Center». Это наш бывший соотечественник, уехавший из России в 90-е годы прошлого века. С нами занимаются и вживую, и удалённо крупнейшие врачи и учёные мира, каждый – эксперт в своей области.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

12345 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...