Должно ли телевидение заниматься воспитанием граждан? Почему прислушиваться к мнению СМИ для власти – насущная необходимость? И отчего в Ржеве так актуальны призывы «мультяшного» кота Леопольда – «Ребята, давайте жить дружно!»? Об этом и многом другом накануне Всемирного дня телевидения (эту дату в России отмечают 21 ноября) мы беседуем с директором и учредителем телекомпании «Независимая студия «РиТ» Романом НАГОРЯНСКИМ и главным редактором Екатериной ДУНЦОВОЙ.


МИССИЯ ВЫПОЛНИМА!

– Роман Николаевич, Екатерина Сергеевна! С момента основания студия «РиТ» позиционировала себя как независимое телевидение. Независимое телевидение всё-таки – это реальность или абстракция?

– Независимая студия «РиТ» создавалась в 2003 году, и на тот момент в политической жизни Ржева наблюдалась совсем другая ситуация: ты либо в нашем лагере, либо в другом; или с нами, или против нас. «Независимое» – это зарегистрированное юридическое название. Поначалу мы даже не планировали эфирное вещание – речь шла о независимой студии, которая снимает собственные фильмы и сюжеты. Понимание, что необходимо заполнять образовавшуюся в эфирном вещании нишу, делать всё в комплексе, пришло к нам позже. На тот момент КТК «Ржев» являлся рупором власти, и необходимо было привнести свежее дыхание, новый взгляд на происходящие в городе события. Что касается «независимости» – мы не работаем ни на какую партию, у нас открытое вещание для всех. Да, в студии «РиТ» выступают люди, которые не принадлежат к партии власти. Ну, и что? Если у вас есть интересные мысли и идеи – пожалуйста, высказывайте их! На сегодняшний день мы стали ещё более «прозрачными», независимыми и не привязанными ни к одной из политических партий и административных групп.

– Как вам кажется, за минувшие 13 лет общественно-политический пейзаж Ржева заметно изменился?

– Сейчас его нет вообще – остались одни обломки. Лидеры как таковые отсутствуют: старые ушли, новых – не наблюдается. За несколько лет в Ржеве сменились семь глав. Словно прямо на ходу движения поезда одни машинисты выпрыгивают из него, а другие – запрыгивают, а большую часть времени состав вообще движется сам по себе. А.В. Харченко, как бы к нему сегодня ни относились, являлся лидером, при нём сегодняшняя ситуация – когда поезд идёт сам по себе, без машиниста – была бы невозможна.

Мы вместе со Светланой Окуневой создали инициативную группу по возвращению прямых выборов главы города. Но из кого выбирать? Адекватные люди не желают работать в администрации, амбициозные, может быть, и хотят, но они по природе своей не в состоянии справиться с этой ношей. Когда приходил очередной глава города, мы как СМИ никогда не начинали строить отношения с властью с критики, но давали время каждому сначала проявить себя. Только ведь никто с проблемами не справился. Либо просто не успел.

– Признаком оппозиции является её позиция, простите за каламбур, а лично я не вижу позицию сегодняшней оппозиции. Кажется, её вообще нет…

– Не знаем, кто это придумал, что мы должны постоянно находиться в оппозиции: если вы в правом лагере, мы должны быть в левом, и наоборот. Нами никто не манипулирует, мы самостоятельно работаем все эти годы.

– Отражаете личную точку зрения, свою философию? События преломляются сквозь личностную призму?

– Нет, в этом случае в эфире не было бы представителей всех политических партий. А мы предоставляем им возможность высказаться. Иногда кажется, что в печатных СМИ нет новостей, а есть лишь мнение главного редактора, и чем больше редактор работает, тем больше эта «личностная призма» искажает действительность…

– Фактов не существует, есть только их интерпретации – об этом ещё Ницше говорил…

– На ТВ всё иначе – важно, чтобы над фактами не довлело личное мнение редактора. Мы показываем сами факты, причём объективно и адекватно. Это наша основная миссия. Быть может, потому, что на телевидении невозможно делать новости, сидя в редакции, не выезжая на место событий, без видеоряда.

– Но вы точно так же монтируете сюжет, пишете закадровый текст – разве это не влияние редактора?

– У нас не стандартный, а совершенно иной новостной формат. Например, мы не используем диктора, как многие телеканалы. Диктор – это работа по старинке, он необходим, чтобы закрыть «дырку» в видеоматериале. Телевидение нельзя делать под единый стандарт. Городское ТВ должно иметь свой собственный формат – можно сказать, провинциальный, то есть более доступный и понятный, а значит, и более интересный.