Автор этой публикации — русский человек, который волею  судеб  остался  жить  в  Латвии,  что  не  мешает  ему  быть  настоящим  русским патриотом. Тому подтверждением — книга «Император из стали», в которой фигурируют замечательные исторические персонажи, малоизвестные и совсем не известные факты отечественной истории, кои Сергей Васильев представил после того, как скрупулёзно и методично переработал множество письменных источников. Один из сюжетов книги — о графе Игнатьеве, род которого непосредственно связан с Ржевской землёй (имение Чертолино), — мы публикуем, рассчитывая на интерес читателей к этой теме.


17 апреля 1943 года. Москва. Кремль «Товарищу Сталину лично. О необходимости организации средних специализированных военных школ Суворова и Нахимова. Генерал-майор Игнатьев А.А. Город Москва, проезд Серова, дом 17, кв. 15. Тел: К-0-81-55».

На докладах этого человека Сталин уже давно не глядя ставил утвердительную отметку, поскольку был уверен: предложения Алексея Алексеевича Игнатьева продуманы, взвешенны и полностью отвечают интересам партии и правительства. И у этой уверенности были веские причины.

В 1924 году к нему, ещё совсем «зелёному» генеральному секретарю партии, не имеющему тогда ни власти, ни веса среди большевиков-ветеранов, ни своей команды, обратился представитель загадочной организации. Он озвучил предложение, от которого невозможно было отказаться — речь шла о царских военных фондах за рубежом, разветвлённой разведструктуре, а самое главное — секретной информации о спящих и активно действующих агентах Британии, США, Германии, Франции. Эти средства и разведданные предлагались в обмен на обещание — очистить Россию от представителей вышеперечисленных держав, без чего СССР была уготована участь колонии.

Так возникла личная разведка Сталина и плотное, хотя и негласное, сотрудничество генсека с её бессменным руководителем — А. Игнатьевым. Поскольку Алексей Алексеевич всю Первую мировую был агентом во Франции, он собрал под своим началом осколки финансовой службы графа Канкрина и создал на этой основе мощнейшую разведслужбу, имеющую своих людей в военных штабах, советах банков и даже в масонских ложах.

РОДОВЫЕ КОРНИ Генерал Советской армии Алексей Игнатьев родился в аристократической семье — он был сыном генерала А.П. Игнатьева и княжны С.С. Мещерской. Батюшка — член Государственного императорского совета, киевский, а ранее иркутский генерал-губернатор. «Он был избран в законодательную комиссию, в которую обычно военные не назначались. Здесь он столкнулся с политикой Витте, который как-то со свойственной ему грубоватостью заявил: «Достаточно Витте сказать «да», чтобы Алексей Павлович сказал «нет». Главным объектом противоречий было введение золотой валюты — мера, которую отец считал не соответствующей интересам земледельческой России и облегчающей порабощение русской промышленности и торговли иностранным капиталом. В большинстве вопросов Алексей Павлович оставался в меньшинстве и нередко с некоторой гордостью показывал мне свою подпись в кратком списке меньшинства», — писал в своих воспоминаниях Алексей Алексеевич.

Скорее всего, это и сгубило строптивого генерала. «9-го декабря 1906 года, в 5 часов дня, в перерыве губернского земского собрания, был убит пятью пулями наповал генерал-адъютант, член Государственного совета граф Алексей Павлович Игнатьев. Убийца — член боевой дружины эсеров Ильинский — задержан». Эсеры почему-то особенно рьяно ликвидировали тех, кто был не в ладах со всемогущим Сергеем Юльевичем…

София Сергеевна Игнатьева (урождённая княжна Мещерская) — фрейлина императрицы Марии Александровны, церковный и общественный деятель, благотворительница. Кавалерственная дама ордена Святой Екатерины. «Она происходила из совершенно чуждой Игнатьевым среды — помещичьего дома князей Мещерских, гордившихся тем, что «никогда и никому не служили», — так вспоминал о матери в своих мемуарах советский генерал.

Конечно же, с таким «бэкграундом» дальнейшая жизнь графа была расписана, как по нотам, где первой из них, конечно же, стал пажеский корпус, после которого новоиспечённый корнет-кавалергард граф Игнатьев стал заметной фигурой в высшем свете, желанным гостем во всех великосветских салонах и начал блистать на балах, дирижируя оркестром. «Удостоиться этой чести мог только человек, хорошо известный в придворных кругах. Приглашение дирижировать на балу расценивалось как знак качества. Это был лучший жених, блестящий кавалер, искомый собутыльник в компаниях», — утверждает историк спецслужб Александр Крушельницкий.

ПРИЗВАНИЕ — ВОЕННАЯ РАЗВЕДКА

Подломала веру в самодержавие А.А. Игнатьева Русско-японская война, которую он окончил в должности старшего адъютанта управления генерал-квартирмейстера 1-й Маньчжурской армии, и последующая трагическая смерть отца. «Спустя некоторое время Николай II нашёл нужным сделать какой-то жест по отношению к семье покойного. Мы все — трое братьев — получили повестки для высочайшего приёма в Царском Селе. После краткого разговора стоя царь, подавая мне на прощание руку и заискивающе всматриваясь в глаза, сказал: «Надеюсь, что на вас, Игнатьев, я всегда смогу положиться»! Что-то нестерпимо горькое и обидное подступило к горлу, но я, сдерживая себя дисциплиной, лишь ответил: «Игнатьевы всегда верно служили России!».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.