Так уж случилось, что в нашей стране за последние более чем сто лет практически не было лёгких и спокойных времён. Первая мировая и сразу Гражданская война с миллионами погибших, затем индустриализация и коллективизация, где во имя великих целей с народом мало считались, Великая Отечественная, послевоенная разруха и восстановление хозяйства. Быть может, за век с небольшим и наберётся спокойных лет двадцать. И неизбежно в ситуации войн и «великих переломов» больше всего страдают дети. Беспризорность и бродяжничество после революции, сиротство после Великой Отечественной, проблемы с содержанием детдомов в «застойные» годы.
Сегодня многое изменилось: внимание государства к детству не ослабевает, решены многие проблемы материального характера. Но, увы, сказать, что детство стало временем беззаботных радостей и интересных событий, не приходится. И дело не только в СВО, которая напрямую затронула сотни тысяч семей. Новое время несёт с собой новые вызовы, новые беды и новые проблемы, которые требуют иных подходов и других решений. Теперь огромную роль в социализации ребятишек, охране их жизни и здоровья в проблемных семьях, жизни детей, оставшихся без попечения родителей, играет соответствующая служба. О том, как она работает, мы беседуем с главным специалистом отдела опеки и попечительства Центра социальной поддержки населения Ржевского муниципального округа Галиной Лазаревой.
В ОДНОМ НАПРАВЛЕНИИ
– Галина Вячеславовна, как давно вы пришли в опеку?
– Начинала я в 2008 году, работала в Ржевском районе. Объединение соцзащиты произошло в 2013-м – раньше, чем территориально и юридически объединились город и район. Должность моя осталась без изменений – главный специалист, да и вести я продолжила хорошо знакомые мне сельские территории.
– Кстати, интересно, как прошло объединение – не было ли недопонимания, конкуренции внутри структуры, противопоставления, когда появляются разговоры «а вот они, а вот мы»?
– Нет, ничего подобного не было, да и тогдашний руководитель службы соцзащиты Татьяна Куренкова, сама выходец из деревни, хорошо понимала нашу специфику. К тому же мы и раньше контактировали друг с другом, встречались на совещаниях, совместно решали общие проблемы. Так что нет – проблем не было. Мы работали в одном направлении и отлично понимали друг друга ещё до объединения.
– Что ж, получается, что вы вошли в работу сравнительно легко?
– Я бы так не сказала. Дело в том, что на 2008 год, когда я начинала, пришлась более существенная реформа – тогда опеку и попечительство передавали из отдела образования в соцзащиту. Не было никаких нормативных актов, отсутствовала ясность по многим вопросам. Звонила в город, консультировалась, мне старались помочь, что-то посоветовать, проинформировать. Конечно, постепенно всё наладилось, но всё равно было страшно и психологически трудно, когда приходилось забирать детей.
ВСЕГДА НА СВЯЗИ
– Я довольно много разговариваю с людьми, которые заняты работой с семьями и детьми. И практически все говорили одно и то же: они постоянно думают о своих подопечных, где бы ни находились и чем бы ни занимались…
– Это действительно так: работа не оставляет ни на минуту, даже если ты находишься в отпуске. Да и к нам, собственно, относятся как к людям, которые должны всегда быть на связи и готовы не только ответить на любой вопрос, но и немедленно прийти на помощь. Однажды мне позвонили из Твери, попросили предоставить какую-то информацию, на что я сказала, что не могу этого сделать, поскольку нахожусь на острове. Исходя из собственного опыта, могу отметить, что одному сотруднику, как это было раньше, работать очень трудно – его нельзя подменить и некем подстраховать. Сейчас в отделе работают пять человек – можно спокойно уйти в отпуск. Хотя мысли о том, как там твои семьи, всё равно никуда не уходят.
– Опекунство – дело непростое. Не всякая семья достойно несёт взятую на себя ношу. Мы знаем разные случаи – правда, в основном из федеральной прессы или интернета, когда ребятишек просто-напросто использовали для получения денег или бесплатной рабочей силы…
– Чтобы не было всяких казусов и провалов, с опекунами мы всегда на связи. В основном это всё-таки люди ответственные, по большей части родственники. Но есть и приёмные семьи, для которых опека – это порыв души. И тех, и других стараемся всячески поддерживать, во всём помогать. Особенно это касается приёмных семей.
Но порой бывает и такое: ребёнок попадает в приёмную семью, адаптируется. Потом родная мама начинает пылать материнской любовью, поначалу держит себя в руках, и ей возвращают ребёнка. А через какое-то время она вновь пускается во все тяжкие. Ребёнка возвращают в приёмную семью, но его психологическое состояние становится намного хуже. Получается своеобразная дилемма: с одной стороны, родная мать всегда лучше, с другой – никакой гарантии, что по её вине ребёнок не переживёт психологический надлом, его состояние не ухудшится. Такие случаи требуют особого, повышенного внимания.
Но зато бывает приятно, когда спустя время нас благодарят за поддержку, за участие в жизни семьи, за то, что вовремя пришли на помощь. И мы тоже рады, когда в семье всё хорошо.
СТРОГО ПО ЗАКОНУ
– Знаю, что в нулевые, да и в десятые годы порой возникали коллизии в отношении сохранности у детей жилья, оставшихся без попечения родителей. А как выглядит ситуация в настоящее время?
– В опеку обращаются только тогда, когда совершаются сделки с участием несовершеннолетних детей. Могу ответственно заявить, что у нас с этим строго. Мы получаем необходимые документы, проверяем каждую сделку «от и до». В последние годы работать в этом отношении стало значительно легче, поскольку появились чёткие рекомендации министерства.
Помимо того, имеется административный регламент, в котором всё чётко обозначено, нет размытых фраз вроде «не навредить», «соблюдать права ребёнка» и тому подобного. И мы можем не абстрактно рассуждать о том, что положено, а что нет, а работать строго по законодательству.
Могу привести такой пример. Ребёнок был зарегистрирован здесь, но проживал с отцом в Москве. Отец продал недвижимость в Ржеве. Но его не устроили те требования и положения закона, которые мы ему назвали. Тогда он поехал в Тверь для консультаций. В итоге оказалось, что мы были правы, он это признал и выполнил все требования. Сделка прошла успешно.
ОСТОРОЖНО: НАРКОТИКИ!
– Не раз уже слышала и в инспекции по делам несовершеннолетних, и в той же опеке, что проблема с неблагополучными семьями никуда не делась. Только место семей алкоголиков заняли семьи наркоманов…
– Да, работать проще не стало. Скажем, пришлось столкнуться с такой ситуацией: мама в наркотическом угаре убила папу, а мы не можем заставить её пройти тест на наркотики, даже с участием полиции. Только добровольно принятое решение, а если его нет, то всё – меры воздействия отсутствуют. Страшно за детей, ведь их прежде всего следует уберечь от этой отравы. А наркотики, к сожалению, всё шире распространяются на нашей территории. И это действительно огромная проблема.
Многое, но не всё решает воспитание в семье, но и общество должно нетерпимо относиться к этой отраве, которая губит жизни. Наркотики стали доступны, закладчики снуют по всему городу. А у нас как-то снизился градус антинаркотической пропаганды. То депутата задерживают с кокаином, то богема сплошь и рядом употребляет природные, лёгкие наркотики. И это вроде как не страшно, даже стимулирует творческие способности. А на самом деле всё наоборот, наркотики убивают и способности, и саму жизнь. Вместе мы должны сделать всё возможное, чтобы оградить детей от этой заразы.
Конечно, далеко не все семьи, с которыми мы имеем дело, приобщились к употреблению наркотиков. Есть, так сказать, «классические» неблагополучные семьи. С ними мы, как правило, практикуем выезды в команде. Это комиссия по делам несовершеннолетних, инспекция ПДН, семейный центр, отдел образования. То есть, с такими семьями работают все, включая систему здравоохранения, поскольку заранее неизвестно, что увидишь на месте и какие меры воздействия понадобятся. В случае необходимости подключаем органы системы профилактики, проводим беседы, предлагаем лечение, кодирование. Но ведь всё зависит от человека – насколько сильно у него желание вернуться к нормальной жизни и ни при каких обстоятельствах не прикасаться к бутылке или запрещённым веществам.
– Получается, Галина Вячеславовна, что ваша работа – это как полыхающий костёр, всё время что-то горит и кто-то постоянно подбрасывает туда дровишек. Нет желания сменить профиль деятельности?
– Зато у нас нет рутины, работать интересно, всё время что-то происходит. Объём работы, конечно, очень большой, и если бы убрать некоторые раздражители вроде бумаготворчества, то времени на непосредственную работу с семьями стало бы заметно больше. Сейчас 29 детей живут в замещающих семьях (опека, приёмные семьи) – в деревнях Звягино, Светлое, Домашино, Хорошево, Пирютино, посёлке Победа.
Помимо большой и часто не нужной отчётности, проблемой является отсутствие транспорта. У КЦСОН транспорт есть – как и мобильные бригады, но наши маршруты не всегда совпадают. Собственный транспорт позволил бы нам более оперативно совершать выезды и более эффективно вести работу. Речь ведь не о нашем комфорте, а о возможности своевременной и быстрой реакции на возможные нестандартные ситуации, да и в целом о более близком участии в жизни подопечных семей. Но в любом случае мы всегда на связи и всегда готовы прийти на помощь. Такая у нас работа.
– Благодарю вас за интервью.
Вера ГЛАДЫШЕВА
Фото из личного архива.
